Присоединяйтесь и анализируйте фармрынки Украины и мира вместе с нами!

Присоединяйтесь и анализируйте фармрынки Украины и мира вместе с нами!

Либо авторизируйтесь через

полезный материал
5 читателей 5 отметили
этот материал как полезный
статья прочитана 1349 раз

Невидимые враги. Чем грозит украинцам отсутствие сывороток от смертельно опасных инфекций

Статьи - 1349
second date1349
Ведущий инфекционист страны Ольга Голубовская рассказала, что происходит с инфекционными заболеваниями в Украине на самом деле.
читайте также Главное за неделю

Инфекцию нельзя увидеть, а у токсина, который вызывает ботулизм, нет вкусового окраса. Тем не менее, каждый из нас ежеминутно находится в непосредственной близости с врагом и может заболеть страшной инфекцией даже от маленького кусочка любимого лакомства. Ведущий инфекционист страны, профессор, заведующая кафедрой инфекционных болезней Национального медицинского университета имени А. А. Богомольца Ольга Голубовская рассказала, что происходит с инфекционными заболеваниями в Украине на самом деле.

Какими инфекциями чаще всего заболевают украинцы?
В зависимости от сезона. Инфекционные болезни – это такой вид патологии, где есть очень много нюансов. Есть понятие сезонности. В зимний сезон одни инфекции нас косят, в летний сезон – другие.

В зимний сезон чаще всего это респираторные заболевания. Конечно, самые трагические сезоны связаны у нас с гриппом, особенно с различными его штампами. Менингококковая инфекция, например, 2017 году, начиная с октября, ознаменовалась рядом смертей, в основном детей. А летний период – это в основном кишечные инфекции, которых тоже очень много. Возбудителями кишечных инфекций являются и вирусы, и бактерии, и различные паразитарные заболевания.

Это очень разношерстная патология. Одной из разновидностей такой патологии является ботулизм. Ботулизм сезонности не имеет. Это – несезонное заболевание. Просто продукты, из-за которых человек травится, немного разные – в летний период это в основном вяленая рыба, а в зимний сезон – консервация. За последние годы в связи с тяжелым материальным положением, как в 90-е годы, ботулизма было чуть больше, люди опять перешли на консервацию, на запасы, поэтому увеличивается количество отравлений домашними паштетами, мясными продуктами домашнего консервирования, грибами.

2017 и 2018 годы на фоне других лет имеют большее количество заболеваний ботулизмом?
Я бы даже сказала, что это началось с 2014 года. Именно когда кризис наступил.

Рост заболеваемости ботулизмом начался в 2014 году?
Да, он небольшой, но он, тем не менее, гораздо больше, чем во всех странах Европы.

Сколько в 2017 году было случаев заболевания ботулизмом?
До 200 случаев по Украине. Самое главное, что, к сожалению, увеличилась смертность от ботулизма. Например, за 2017 год смертность от ботулизма выросла почти в три раза по сравнению с предыдущими годами. В этом году, по данным Центра общественного здоровья, зарегистрировано 58 случаев ботулизма, 5 больных погибло. Это достаточно высокие показатели смертности. Например, с 2010 года по 2014 год во всех странах Западной Европы официально зафиксировано более 120 случаев этого заболевания. Ни одного смертельного случая не было.

С чем это связано?
Это связано с несколькими причинами. С одной стороны – больше самого ботулизма. Но самая главная причина – отсутствие средств специфического лечения этого заболевания – антитоксических сывороток. Мы пользовались российскими сыворотками, регистрация которых закончилась в 2014 году. Регионы сообщали о том, что у них иссякает запас сыворотки за 5 лет до 2014 года, они еще тогда стали бить тревогу. Но этот вопрос требует очень серьезных усилий в работе. Проблему запасов сыворотки решить не так просто. А никто не хочет системно этим заниматься. То есть, свои усилия надо направить не на то, где ее купить прямо сию секунду, а на то, как решить проблему так, чтоб она была стабильно решена.

То есть нужны большие запасы на несколько лет?
Ботулотоксин – это самый сильный из всех природных ядов, бактериологическое оружие. В конце концов, страна должна иметь стратегический запас сыворотки или иммуноглобулина на любые случаи, даже на случай биологической атаки, с моей точки зрения. Биологическое оружие запрещено Конвенцией 1976 года, но вы посмотрите, в каком несовершенном мире мы живем. Мы должны быть уверены в своей относительной безопасности хотя бы там, где это возможно.

Например, если одновременно в Украине ботулизмом заболеет 1000 людей, на них хватит сыворотки?
Такое количество больных одновременно возможно только в случае применения биологического оружия. Надеюсь, этого не произойдёт.

Но тем не менее хватит?
На сегодняшний день в Украине – 12 доз сыворотки. Вся она сконцентрирована на одном складе возле Киева. Это все равно, что ее нет. Вот пример: сейчас в Александровской больнице лежит молодой человек с ботулизмом. Его друг – в Донецкой области в реанимации. Понятно, как и все, он купил сыворотку контрабандным путем. Этот контрабандный препарат спас жизни десяткам людей. Если б его не было, смертность от ботулизма была б еще больше.

То есть, парень, который попал в Александровскую, не смог получить сыворотку в больнице?
Конечно, нет, в больнице сыворотки нет, она где-то на складе. Тем более, болезнь может случиться ночью, понимаете? Куда звонить? Куда бежать? А если человек живет сам и находится на управляемом дыхании в больнице? Кто будет ему искать сыворотку?

Сколько времени есть у человека между приемом отравленной пищи и госпитализацией?
Все зависит от клинической формы и дозы токсина, которая попала в организм. Это очень сильный токсин, в 10 млн раз сильнее цианистого калия, в 325 раз сильнее яда гремучей змеи. 1 г убивает 2 млн человек, 6 мг может убить 60 млрд мышей массой 12 тонн.

Если человек съел много продукта, в котором есть ботулотоксин, то инкубационный период очень короткий – несколько часов. Как пищевые отравления. У нас был случай: парень съел рыбу, которую его папа купил на базаре. Он съел всю эту рыбу, ему стало плохо – слабость такой силы, что он не мог встать. Приехала скорая, не могут понять, что такое с парнем. А от момента употребления этой рыбы прошло всего 2 часа. И скорая уже собралась уезжать, но парень не смог подписать отказ от госпитализации, у него началось двоение в глазах, один из первых клинических симптомов ботулизма. И тут доктора сразу поняли, что у пациента ботулизм, и отвезли его в больницу. Случай этот был очень тяжелый, он был на управляемом дыхании много дней, но мы его вытащили. В прессе недавно сообщалось, что для больного в Херсонской области искали сыворотку аж через Вице-премьер-министра Кубива. Так если Кубиву ее сложно достать, то как ее найти простым людям?

Больные погибают из-за отсутствия сыворотки?
Надо разбираться с каждым конкретным случаем. Но все равно надо понимать, что отсутствие сыворотки резко увеличивает шансы на смертность. Мы вообще в плане противодействия инфекционным заболеваниям не можем брать пример цивилизованных стран. Не можем их брать потому, что у нас неизмеримо больше самих инфекционных заболеваний, чем там. Мы захлебываемся эпидемиями – корь, туберкулез, гепатит, ВИЧ, на пороге возможная вспышка дифтерии, участились случаи заболевания, это очень напрягает. Скажите, в какой цивилизованной стране такое количество туберкулеза? Причём мультирезистентного.

Мы должны понимать, что живем в совершенно иных условиях. В США есть стратегический запас, они должны эту сыворотку доставить в любую точку Америки, хоть на Аляску, в течении 48 часов. Они себе могут это позволить. У них, во-первых, пищевой ботулизм – это казуистический диагноз. Во-вторых, у них все отделения интенсивной терапии укомплектованы дыхательным оборудованием, в отличии от нас. Человек, которому нужно быть на управляемом дыхании, может обойтись иногда какое-то время и без сыворотки, но у нас в регионах даже специалистов в интенсивной терапии не хватает.

Какие еще инфекции, требующие применения сывороток, встречаются в Украине?
Дифтерия. Был случай недавно в Рубежном. В Украине еще попробуй поставь инфекционный диагноз – боятся. Есть такая тенденция – замалчивать инфекционную патологию. Если простой врач из региона ставит такой диагноз, это создает затруднения местной администрации.

Какие?
Если врач ставит инфекционный диагноз больному, это сопряжено с рядом противоэпидемических мероприятий. Если при этом нужно специфическое лечение, которого нет, возникают различные неудобные моменты для администраций. В этом мы отличаемся от цивилизованных стран, где нет понятия замалчивания диагноза и давления на врача, его поставившего. Эта традиция у нас сохранилась с Советского Союза. Вы думаете, статистика, которая у нас есть по кори, реальная? Нет, конечно. Я лично знаю случаи, когда корь переводят в аллергическую реакцию и так далее.

Во сколько раз занижена статистика по кори, например?
Есть негласное правило: любую статистику инфекционного заболевания можно умножать в 10 раз. Вот, например, та же корь. Она обычно проявляется температурой, которую часто врачи диагностируют как ОРВИ. Но на 5-й день при классической кори появляется сыпь на лице, потом она распространяется по телу до ног. А атипичная корь – это температура, и сыпь высыпает не поэтапно, например, а одномоментно. Такие атипичные случаи ускользают от диагноза даже по объективным причинам и способствуют распространению заболевания.

С какими еще опасными для жизни инфекциями может столкнутся человек в Украине?
Дифтерия начала появляться все чаще. Это настораживает. А если начнется дифтерия, это еще хуже, так как она передается воздушно-капельным путем. Там больных будет сразу и много. И если при ботулизме можно в каких-то случаях обойтись без сыворотки с помощью профессионального дыхательного оборудования, то при дифтерии ты без сыворотки не обойдешься вообще.

Получается, в Украине вообще нет сывороток ни от каких опасных инфекций?
Нет. Мы все покупали до 2014 года в России. Этот вопрос решить очень сложно. Какое бы Правительство не пришло, оно не сможет сразу решить этот вопрос.

Почему?
Потому что во всем мире очень снизилось производство этих сывороток. Это производство дорогостоящее, мир избавился от таких инфекционных заболеваний. Когда несколько лет назад в Испании был случай дифтерии, через ЕС еле парню достали эту сыворотку. Кроме того, сыворотки, которые делают и нам периодически поставляются как гуманитарная помощь, беспрецедентно дорогие. Вот я могу сказать то, что знаю. У нас были пациенты, которые покупали польскую сыворотку на курс лечения за 200 тыс. грн. Хорошо, что позже магазин, где они покупали вяленую рыбу, компенсировали лечение. Такие цены абсолютно нереальные для больных, а ведь это неотложная помощь. С моей точки зрения, сейчас у нас один выход – возобновлять своё производство, если не можем покупать сейчас в России.

Кроме домашних консерваций, какие продукты еще опасны в плане заражения ботулизмом?
Это различная вяленая рыба, засоленная, особенно речная. В прошлом году мы впервые столкнулись с промышленным ботулизмом. Это уже массовое явление. Тогда продажу вяленой рыбы запретили, и Госпотребслужба выявила ботулотоксин в нескольких партиях рыбы, которую проверяли по просьбе некоторых супермаркетов.

Ликвидация Санитарно-эпидемиологической службы привела к увеличению количества инфекционных заболеваний?
Конечно. Однозначно. Вспышки инфекционных отравлений увеличились в несколько раз. Бесконечные вспышки, отравления в детских садиках, лагерях, домах отдыха и т.д. СЭС разорвали на части, между которыми эффективной коммуникации нет.

Сейчас лето, отпуск, люди куда только не ездят. Они могут привезти такую инфекцию в Украину, которой здесь нет?
Можно привезти малярию, различные лихорадки, Чикунгунья (вирусная болезнь, передаваемая людям инфицированными комарами; для нее характерна внезапная лихорадка, часто сопровождаемая болью в суставах – ред.), Денге (острое трансмиссивное вирусное заболевание; протекает с лихорадкой, интоксикацией, миалгией, артралгией, сыпью и увеличением лимфатических узлов – ред.). Мы – единственная клиника в Украине, где два раза в прошлом году подтвердили Чикунгунья, и этот диагноз нам подтвердили коллеги в Германии. Денге уже было 5 или 6 случаев за последние несколько лет. И это только наша клиника. Привозят разные паразитарные заболевания, которые у нас плохо диагностируются, например, амебиаз.

Если люди привозят такие болезни сюда, значит они не делают прививки, когда едут в экзотические страны? Их не информируют?
Не для всех болезней есть прививки. Здесь важно правильно информировать людей, потому что есть разные методы защиты. Чтобы проводить информирование, нужно иметь специалистов. Их сейчас очень мало. Проблема медицины путешествий сравнительно новая, сложная, быстро меняющаяся. А моральная атмосфера в медицине сейчас такая, что вообще ничем не хочется заниматься. Сплошное хамство, оскорбление врачей, студентов со стороны профильного министерства. В ближайшие годы ничего хорошего не будет – массовое увольнение докторов, многие уезжают в Европу, спокойно подтверждают свои дипломы после нашего «плохого» образования и спокойно работают, получают официальные хорошие зарплаты, имеют авторитет в обществе и не испытывают бесконечного унижения со стороны ведомства, которое в нормальных странах защищает своих докторов. Скажите, вы что-то слышали о юридической защите врачей в рамках реформы, как в цивилизованном мире?

А какая ситуация с прививками в Украине?
До 2014 года в страну завозились вакцины европейских производителей. После того как государство перешло на международные закупки, опять стали завозить вакцины индийских производителей. Разговоры о том, что мы бедная страна, поэтому должны покупать дешевые препараты – это, как говорится, разговоры в пользу бедных. Потому что нужно снижать цены, это возможно. Кроме того, поставка вакцин осуществляется не стабильно. Например, с 2015 года до середины 2016 года в страну не была завезена ни одна вакцина от кори.

Чем люди вакцинировались?
Остатками. Кто-то покупал в частных клиниках, а многие, наверно, не вакцинировались.

Сейчас есть нехватка вакцин?
Смотря каких. Люди не могут найти вакцины, в том числе от кори.

Чем отличается индийская вакцина от европейской?
Качеством. Оно определяется реактогенностью и иммуногенностью. По поводу иммуногенности сказать не могу, потому что таких исследований в Украине как таковых не проводилось. Но то, что индийская вакцина более реактогенна, это факт.

Я хочу подчеркнуть, что вакцинироваться обязательно надо тем, что есть. Повторяю: опасность эпидемии дифтерии сохраняется. Это заболевание сейчас активно во многих странах, где существует кризис – Йемен, Венесуэла. А эпидемию кори мы остановить уже никак не сможем. То есть, эта эпидемия как началась, так она, естественно, уже и закончится, когда многие переболеют и сформируется коллективный иммунитет. Все как обычно, понимаете?

Европейские производители требуют, чтобы, например, 3 года государство обязуется покупать вакцину у данного производителя. Что тут плохого, скажите? Это европейский производитель. Конечно, их мало. Но раз мы до 2014 года покупали, значит, это реально. А придумать 1000 причин, почему мы сейчас этого не делаем, проще всего. С переходом на международные закупки качество препаратов по многим направлениям заметно снизилось. На это постоянно обращают внимание неправительственные организации, которые занимаются онкобольными детьми. Гордиться тем, что мы накупили дешево, но много каких-то лекарств, которыми доктора не могут лечить по разным причинам (низкая эффективность, большое количество побочных эффектов), по-моему, глупо.

Это для чего делается? Какая выгода?
Откуда я могу знать? Вот какая может быть выгода? Никакой. С общегосударственной точки зрения выгоды никакой. Люди отказываются вакцинироваться, ищут другие вакцины, которых нет или очень мало. Хотя я ещё раз подчеркиваю, у нас выхода другого нет. Мы все вакцинируемся тем, что есть. Но это все равно бьет по количеству вакцинируемых людей. Самый хороший способ бороться с антивакцинальными настроениями – это обеспечивать страну хорошими препаратами, кстати, как это случилось в свое время в США. Надеюсь, мы тоже возобновим такую практику.

Какие существуют неожиданные места, где можно подхватить инфекцию?
Надо вообще понимать, что нас инфекции подстерегают везде. Везде, где бы мы ни жили. Мы погружены в мир микробов. Их гораздо больше, чем нас, они древнее нас, их приспособительные механизмы блестящи. Пока в противодействии с микробами мы проигрываем. На первый план в настоящее время выходят вирусные болезни, которые мы лечить практически не можем, проблема резистентности нарастает с каждым годом, возвращаются старые и забытые болезни (дифтерия, туберкулёз). Эксперты ВОЗ прогнозируют новую пандемию неизвестным и непрогнозируемым сейчас агентом, которая будет сильнейшей за последние десятилетия. Мы живём в эру эволюции и адаптации микроорганизмов.

Противовирусных препаратов прямого действия очень мало. Яркий пример – гепатит С. Сколько понадобилось лет, чтобы синтезировать эти препараты, которые стоят по 100 тыс. долл. за курс! А туберкулёз? Когда я училась, помню, был такой профессор Пелещук. Он делал обход больных в Пуще-Водице в диспансере, там лежало буквально несколько больных. И тут этот профессор говорит: «Вы видите сейчас мало таких больных, но через несколько лет этих больных будет очень много. И будет очень много резистентных форм». Я тогда помню свои ощущения: «Старый профессор что-то там себе придумал, он ничего не соображает уже». И вот, пожалуйста, оказывается, ничего не соображал кто-то другой... Никто не мог предположить, что такое количество туберкулёза будет сейчас.

Это заболевание перестает бить по асоциальным слоям населения, болеют социально адаптированные люди, медработники.

Знаете ли вы, сколько у нас больных туберкулёзом сейчас?
Я точно знаю, что их больше, чем в официальной статистике. Потому что у нас есть официальная статистика, тем более в нашей стране, а есть другая жизнь – реальная, которая находится в совершенно другой плоскости.

Инфекционные больницы в Украине…
Сокращаются! Сейчас идет массовое сокращение инфекционных коек.

Почему?
Потому что наши чиновники придумали себе такое понятие, что койка должна все время работать. Я где-то с этим могу согласиться. Так вместо того, чтобы развивать те койки, которые есть, заниматься разнообразной патологией, идет сокращение, которое подразумевает и сокращение персонала... У нас что мало больных, скажите мне? Я сталкиваюсь с этим каждый день, ко мне приходят люди и говорят, что обходили уже всех докторов, уже всех, кого только можно: «Это не наше, это не наше, это не наше». Так неужели эти койки нельзя занять больными диагностическими, развивать медицину путешествий, перестать уничтожать паразитологию? У нас этих специалистов в стране можно пересчитать по пальцам одной руки в стране. Проще всего взять и сократить койки. И это в стране, которая захлебывается от эпидемий!

Какие инфекционные вспышки есть сейчас?
Нужно понимать, что такое вспышка. Есть вспышки, например, кори. Но в инфекционной патологии есть такое понятие, что даже если один больной с таким заболеванием, это уже вспышка. Мир очень поменялся. Например, в прошлом году на Мадагаскаре бушевала самая настоящая легочная форма чумы. Легочная. Такого не было многие десятки лет. В мире встречаются локализованные (бубонные) формы чумы. Но легочной такой чумы не было. Если бы в Украине был хотя бы один завезенный случай – была бы беда. Так может получить распространение любое инфекционное заболевание с легким механизмом передачи. Как воздушно-капельным путем, или контактным, как Эбола. И в Америке, и в Европе были случаи внутрибольничной передачи завозных случаев болезни Эбола. Это особая инфекция, 4-й уровень биологической опасности, самый высокий. Так вы себе представляете, я тогда говорила: «Если хоть один человек с Эболой случайно приедет и поступит в какое-то отделение…»

Вся больница будет больна?
Все отделение ... Во-первых, сразу всех больных выписывают, никто не выходит, персонал закрывают. И вот все, кто там находятся, почти все и заболеют, потому что эффективно защищаться у нас нечем.

Pharma.net.ua
По материалам: УНН
>
полезный материал
5 читателей 5 отметили
этот материал как полезный
статья прочитана 1349 раз
поделитесь с другими
Версия для печати
обсуждение и комментарии
Присоединяйтесь
материалы сюжета
больше новостей на эту тему