Присоединяйтесь и анализируйте фармрынки Украины и мира вместе с нами!

Присоединяйтесь и анализируйте фармрынки Украины и мира вместе с нами!

Либо авторизируйтесь через

полезный материал
10 читателей 10 отметили
этот материал как полезный
статья прочитана 5061 раз

Superstar фармакологии

Статьи - 5061
second date5061
Истории о настоящих профессионалах, которые посвятили жизнь поиску новых эффективных лекарств от страшных болезней века.
читайте также Главное за неделю
Фигуранты: компании

Pharma Magazine – специализированный журнал для провизоров и фармацевтов.

Подробнее о компании
Pharma Magazine (Pharma Magazine)
Pharma Magazine
Pharma Magazine – специализированный журнал для провизоров и фармацевтов.

Татьяна Постольникова, Pharma Magazine

Среди фармакологов тоже есть свои звезды. Они совершили выдающиеся открытия, и были отмечены самой престижной наградой в научном мире — Нобелевской премией. Настоящие профессионалы, они свою жизнь посвятили поиску новых эффективных лекарств от страшных болезней века. Их открытиями мы пользуемся до сих пор.

Ту Юю: запоздалая слава фармаколога



Спросите сегодня у специалистов, какой препарат считается самым эффективным против малярии, – и вам назовут артемизинин. Но мало кто знает, что эти капсулы явились миру благодаря упорству и труду женщины-ученого из Китая Ту Юю.

История началась в конце 60-х годов, когда молодого фармацевта пригласили в специальный партийный отдел. «Ту Юю, на тебя полагается сам Великий Кормчий Мао! – так обратился к ней высокий партийный начальник. – Наши солдаты гибнут во Вьетнаме от малярии. Ты должна найти средство от этой болезни. Ты же не можешь обмануть доверие Мао!»

Ту Юю не помнила, как оказалась в рабочем кабинете. Конечно, она сделает все возможное и невозможное, чтобы ­отыскать средство от малярии. Но где-то глубоко внутри притаился страх. А что, если у нее не получится? Ведь очень многие до нее уже пробовали найти это лекарство, но потерпели фиаско. Почему ей, только окончившей институт, вдруг доверили? Разгадка была на поверхности. Ту Юю занималась традиционной медициной, и партийные боссы решили, что она сможет найти древний рецепт и восстановить его.

Вскоре Ту Юю вместе с группой молодых ученых отправили на остров Хайнань. И само задание, и поездка получили статус высшей секретности под названием «Проект 523».

Сначала муж и четырехлетняя дочь поехали с ней, но потом семья вернулась в Пекин. Ту Юю это не остановило – работа над препаратом была превыше всего. Много лет спустя она рассказала, что когда появилась дома, то дочь ее не узнала.

«Зато благодаря препарату удалось спасти много жизней, в том числе и ­детских», – как бы оправдывается она.

Взлеты и падения
Работа шла непросто. Вместе с помощниками она исследовала более 2000 растений и смесей – все впустую. Но вот как-то женщина наткнулась на трактат IV века. Оказывается, ее предки применяли полынь как лекарство от малярии. Ученые стали экспериментировать с растением, но эффекта не было…

Тогда Ту Юю снова перечитала тот отрывок из древнего лечебника и поняла: они кипятили настой, из-за чего полынь теряла свои свойства. Она добавила эфирный растворитель, который кипит при 35˚С, – и все получилось!

Первые эксперименты на мышах подтвердили их стопроцентное исцеление. И как настоящий ученый, Ту Юю сама приняла приготовленный настой, дабы убедиться, что он безвреден.

Начались попытки улучшения вещества. Ту Юю отправилась в экспедицию по провинции Сычуань, где росла полынь с наивысшей концентрацией активного вещества. Ученые выделили его и получили в очищенном виде. Из него и были изготовлены первые таблетки артемизинина.

Но почему-то далеко не все пациенты выздоравливали. Кое-кто смотрел на Ту Юю косо – мол, доверили неизвестно кому такое сложное дело, вот она все и завалила. Лишь сама ученый-фармаколог четко знала, что находится на верном пути. Вскоре Ту Юю обнаружила причину «капризности» препарата: таблетки производились на старом оборудовании. И когда артемизинин начали выпускать в капсулах, эффект от него стал стопроцентным.

Новый препарат широко применялся в Китае с 1980 года. Но в мире о нем узнали лишь через несколько лет, когда появились первые публикации за рубежом. Шифруя секретный «Проект 523», партийные боссы отовсюду убрали имя его создательницы – женщины-фармаколога Ту Юю. Только через 30 лет она получила за свое открытие сначала премию Ласкера в США, а в 2015 году – «нобелевку».

В тот день, когда по всем каналам прошло сообщение о присуждении китаянке Нобелевской премии, ее телефон не замолкал. Но Ту Юю была слишком спокойна и даже попросила родственников, которые прыгали от радости, не рассказывать репортерам ничего лишнего.

Не вышло! Журналисты отыскали одноклассников Ту Юю, а те поведали, что она была «серой мышкой», всегда держалась в стороне. За какую-то неделю раскупили весь тираж книги нобелевской лауреатки. Власти решили устроить в ее родном доме в городе Нинбо музей Ту Юю. Китай был готов носить свою героиню на руках.

Но это не было нужно самой Ту Юю. Ее артемизинин уже давно использовался в мире и спасал человеческие жизни. И это было наивысшим признанием.

Гертруда Элайон: только амбициозные цели



Она начинала как химик. Но этой наукой ей заниматься не довелось: началась Вторая мировая война. Именно в это время женщины стали осваивать профессии, которые всегда считались мужскими. И когда Гертруде предложили место ассистента известного химика-фармаколога Джорджа Герберта Хитчингса, она согласилась.

А это было совсем непросто! Девушке пришлось быстро осваивать некоторые специальные дисциплины: цитологию, микробиологию, вирусологию. Но оно того стоило – у Гертруды к фармакологии был явный дар. Она даже начала писать диссертацию.

Вскоре она стала соавтором работ своего учителя Джорджа Хитчингса. Они поставили довольно амбициозную цель – разработать препарат, который смог бы остановить рост клеток опухоли. В те времена рак уже называли болезнью цивилизации. Ученые трудились не покладая рук несколько лет и таки добились результата. Элайон и Хитчингс предложили лекарство, которое успешно лечило лейкемию у мышей. А значит, и препарат для людей не за горами.

Работа в лаборатории так ее затягивала, что она не знала ни выходных, ни праздников. Самой себе Гертруда говорила, что находится на пороге великих открытий. Да так оно и было!

Свободное плавание к славе
Времени ни на что не хватало. Ученому-фармакологу пришлось сделать трудный выбор: заниматься наукой в лаборатории ­или работать в кабинете на свое имя? Гертруда выбрала первое. А через несколько лет Элайон получила сразу несколько почетных докторских степеней в известных учебных заведениях.

И то лекарство от лейкемии Гертруда усовершенствовала: его начали использовать в химиотерапии. Да, оно не стало панацеей, но с этим препаратом у многих людей появился шанс выжить. Женщина вполне могла бы сказать, что уже исполнила обещание, данное деду, но она оказалась истинным ученым: почивать на лаврах было не в ее характере…

Вместе со своим коллегой и соавтором она изобрела много нужных и полезных препаратов. Например, ацикловир для лечения герпеса. Чуть позже она сфокусировалась на поиске средства против СПИДа. И предложила иммуностимулирующий препарат, который поддерживает людей с синдромом приобретенного иммунодефицита.

За выдающиеся заслуги в области фармакологии в 1988 году Гертруда Белл Элайон и ее коллеги Джордж Герберт Хитчингс и ученый-фармаколог Джеймс Блэк получили Нобелевскую премию по медицине.

Элайон стала известной фигурой в ученом мире. Она читала лекции, много работала со Всемирной организацией здраво­охранения. Стала первой женщиной, которая была введена в Национальный зал славы изобретателей, – и это была большая победа. С другой стороны, и цена оказалась немалой: Гертруда всю жизнь посвятила фармакологии и поиску спасительных препаратов. Она так и не вышла замуж, не стала матерью.

Иногда она спрашивала себя, как повернулась бы ее жизнь, если бы она тогда не дала обещание деду? Кем стала бы, если бы в 20 лет не пошла работать обычной ассистенткой к известному ученому…

Джон Вейн: в поисках лекарства от старости

 
В детстве он так мечтал стать химиком, что родители даже оборудовали для него мини-лабораторию. Но вот незадача: поступив в Бирмингемский университет, Джон вдруг охладел к химии. И когда профессор Гарольд Берн предложил заняться фармакологией, Вейн согласился. Он всю жизнь повторял, что именно этот шаг был самым важным в его карьере.

Вейн был весьма яркой личностью – искателем, создателем и первопроходцем. К тому же всегда умел найти нестандартные решения. Также отличался способностью к экспромтам. К примеру, в какой-то момент он решил, что в США его карьера будет развиваться быстрее, и уехал туда, где стал помощником профессора в Йельском университете. Потом вернулся в родную Британию уже в качестве старшего преподавателя. Блестяще читал лекции в Институте фундаментальных медицинских исследований при Королевском колледже хирургов. Но когда ему предложили заняться экспериментальной фармакологией – с радостью согласился. Это было ново и интересно! Он вдруг вспомнил свои детские опыты, когда в одну колбу наливал несколько растворов и ждал, что из этого получится.

Именно этот период работы на кафедре экспериментальной фармакологии стал звездным для Вейна. Он разработал каскадный суперфузионный биоанализ – метод, позволяющий измерять биологические эффекты нескольких веществ одновременно в параллельных тестовых системах. А также серьезно занялся гормоноподобными веществами простагландинами.

Вейн обнаружил, что некоторые разновидности простагландинов оказывают совершенно разное влияние на сосуды – одни их сжимают, другие расширяют. И тому и другому свойству простагландинов позже было найдено сенсационное применение.

Параллельные открытия
В это же время Джон Вейн в связи с изучением простагландинов выяснил дополнительные свойства… обыкновенного аспирина. Представьте, к тому моменту медики всего мира уже 80 лет использовали ацетилсалициловую кислоту, не зная всех ее «талантов».

В ходе экспериментов ученый понял, что аспирин может снижать тромбоз коронарных артерий. Также в своей работе он обосновал, почему аспирин уменьшает боль и снижает температуру, подавляя образование простагландинов.

В 1973 году Джон становится директором научно-исследовательского центра в «Велком Фаундейшн». Он исследует простациклин, сосудорасширяющее вещество. В результате открытий Вейна теперь простациклин используют во время операций на открытом сердце в аппаратах, сохраняющих ­кровообращение.

Работы Вейна переоценить трудно. Он занимался изучением стенокардии: болезни, от которой ежегодно умирает рекордное количество людей в развитых странах.

«В следующее двадцатилетие мы будем свидетелями мощной атаки на этот процесс», – повторял Джон. Он верил, что его последователи найдут новые эффективные препараты против сердечно-сосудистых заболеваний, бронхиальной астмы. А сам мечтал изобрести лекарства, которые помогут бороться с возрастными недугами.

Нобелевскую премию Джону Роберту Вейну (он разделил ее со шведскими биохимиками Суне Бергстремом и Бенгтом Самуэльсоном) присудили именно за революционное изыскание в области простагландинов в 1982 году. Это открытие помогло ученым, врачам и фармацевтам понять природу стенокардии и сердечно-сосудистых болезней. И научиться держать их под контролем.

Потом в карьере ученого наступил спад. С одним из коллег он открыл фармацевтическую компанию, но успешной она, увы, не стала.

Последние годы жизни он провел в окружении супруги Элизабет Дафнии, с которой прожил более полувека, и множества внуков. И все собирался вернуться в науку, чтобы изобрес­ти лекарство от старости…


Pharma.net.ua
По материалам: Pharma Magazine
>
полезный материал
10 читателей 10 отметили
этот материал как полезный
статья прочитана 5061 раз
поделитесь с другими
Версия для печати
обсуждение и комментарии
Присоединяйтесь